Юнвоенкоры отряда военкоров «ФЕНИКС» им. Адмирала П.С. Нахимова - МС «ДИНАСТИЯ» - Юнармейский медиацентр Пермского края «ЮНКОР» сообщают:
Семён Добрин, юнкор, отправился на последний островок осени, прошёлся по эспланаде и заглянул в Горьковскую библиотеку.
Главный литературный юбиляр этого года однозначно Сергей Есенин.
См. фотоальбом
«Есенин - голос осени»
Поэтическая гостиная библиотеки им.Горького подготовилась к 3 октября 2025 года - исполнилось 130 лет со дня рождения Сергея Александровича Есенина. Имя поэта дорого и близко нашему народу. Поэзия Сергея Есенина — это сама любовь: к родной земле, отчему дому, природе и людям. Его стихи известны каждому со школьной скамьи, многие из них положены на музыку и обрели новую жизнь в качестве любимых всеми песен и романсов.
В библиотеке Горького открыт вернисаж-поэтический салон, посвященный творчеству великого поэта. Пермякам и гостям города предлагается посмотреть фотовыставку под названием «Дикая природа Прикамья».
Выставка собрала более 20 работ известных фотохудожников, которые демонстрируют удивительные красоты нетронутого первозданного природного мира Пермского края.
Вот что написал о выставке известный фотохудожник Александр Ширинкин (05.04.1953−20.04.2019):
«Хрустальная прозрачность воздуха, свежесть утренней росинки, монументальность, величие Полюда, фантастические, почти нереальные, но, в то же время, осязаемые пейзажи открывают нам мир девственной красоты игры света в переливах закатного или утреннего солнца. Выразительность фотографического языка, усиленная мастерством, заставляет восхищаться и удивляться неизъяснимой наполненностью и богатством нашего Пермского края».
Читатели погружаются в мир Сергея Есенина в природе нашего края: узнают о его жизни, творческом пути и любопытных фактах.
В рамках фотовыставок можно глубже понять творчество Есенина. Особый интерес у присутствующих вызывает современное прочтение его стихов.
Писатель и журналист В. Корнилов собрал такой материал:
Сергей Есенин родился в селе Константиново Рязанской губернии, в крестьянской семье. Его детство нельзя назвать счастливым: из-за разлада между родителями мальчик в начале своей жизни рос на попечении бабушки и деда со стороны матери. Чувство покинутости самыми близкими людьми оставило глубокий отпечаток в душе ребенка. Бабушка с дедушкой любили внука и оказали большое влияние на его духовное развитие: «Я рос в атмосфере народной поэзии. Бабка, которая меня очень баловала, была очень набожна, собирала нищих и калек, которые распевали духовные стихи. Еще большее значение имел дед, который знал множество духовных стихов наизусть, хорошо разбирался в них». Будущий поэт воспитывался в старообрядческой семье, но истинным верующим не стал. В одной из статей С. Есенин писал: «Я вовсе не религиозный человек и не мистик. Я просил бы читателей относиться ко всем моим Исусам, божьим матерям и Миколам, как к сказочному в поэзии...» Сомнения, запавшие в его душу, были вызваны, видимо, и отношением официальной православной церкви к старообрядцам.
Грамоте Сергей обучился в пять лет, а сочинять стихи начал в девять. «Книга не была у нас совершенно исключительным явлением, как во многих других избах. Насколько я себя помню, помню и толстые книги в кожаных переплетах».
На художественное развитие Есенина повлияла среда, в которой он жил и воспитывался, речевая культура, привитая будущему поэту его матерью и земляками. Исследователи творчества С. Есенина отмечают, что речь его матери, Татьяны Федоровны, была очень колоритной. «Ее язык напоминал «золотую словесную груду, встречающуюся в речи персонажей Лескова, в пьесах Островского, в книгах Леонова и Шолохова». К литературе поэт основательно приобщился в годы учебы в Константиновском земском училище, которое закончил с Похвальной грамотой. Запомнил «Слово о полку Игореве» так, что потом мог читать его наизусть. Затем Есенин поступил в Спас-Клепиковскую церковно-учительскую школу, которая готовила преподавателей для сельских начальных школ. Родители желали, чтобы Сергей продолжил учебу в Московском учительском институте. Однако карьера учителя его не привлекала. Приехав в Москву, он устроился на работу и одновременно стал посещать Суриковский литературно-музыкальный кружок, который объединил молодых писателей, поэтов и музыкантов – выходцев из крестьянской и рабочей среды. «Все они были талантливы, все были объединены любовью к русской старине, к устной поэзии, к народным песенным и былинным образам». Одним из известных суриковцев был Ф. Шкулев, автор знаменитого марша «Мы кузнецы, и дух наш молод», ставшего гимном советской молодежи 20-30-х годов ХХ века.
Чувствуя недостаточность гуманитарных знаний, осенью 1913 года С. Есенин поступает вольнослушателем на историко-философский факультет народного университета им. А.Л. Шанявского. Университет Шанявского был по тем временам едва ли не самым передовым учебным заведением страны. Широкая программа преподавания, лучшие профессора, свободный доступ – все это привлекало сюда жаждущих знаний молодых людей со всех концов России. Поэт проучился там два года, слушая лекции по истории, философии, логике, политэкономии, по русской и зарубежной литературе. Так что на поэтическую стезю С. Есенин вступил не малограмотным рязанским пареньком, а образованным человеком.
В январе 1914 года состоялся его литературный дебют: в журнале «Мирок» под псевдонимом Аристов было напечатано стихотворение «Береза» («Белая береза под моим окном»). Интересно, что ровно за сто лет до этого события в журнале «Вестник Европы» было опубликовано первое стихотворение А. С. Пушкина «К другу стихотворцу». В этом явлении Ю. Прокушев, исследователь творчества С. Есенина, видел глубокий смысл: «В русскую поэзию ХХ века пришел человек, которому суждено было стать достойным преемником пушкинской славы». В конце ХIХ века и особенно в начале ХХ века, а также в первое десятилетие советской власти стало модным пренебрежительно относиться к поэтическому наследию Пушкина. Символисты, имажинисты и представители других декадентских направлений провозгласили, что реализм, а вместе с ним и творчество Пушкина, устарели. В годы становления советской власти на волне революционного отвержения прошлой жизни нашлись «горячие головы» (среди них был и В. Маяковский), призывавшие «бросить Пушкина, Достоевского, Толстого и проч. и проч. с Парохода Современности». В противовес им в год 125-летия со дня рождения А. С. Пушкина Есенин, отвечая на вопрос анкеты о роли великого поэта в его жизни, написал: «Пушкин – самый любимый мной поэт. С каждым годом я воспринимаю его все больше и больше как гения страны, в которой я живу... Постичь Пушкина – это уже нужно иметь талант. Думаю, это только сейчас мы начинаем осознавать стиль его словесной походки».
В декабре 1914 года Сергей Есенин оставляет работу и занимается теперь только литературным творчеством. Он решается на переезд из Москвы в Петроград, где, по его мнению, бьется пульс культурной жизни страны. Оказавшись в столице, он первым делом пошел к своему любимому поэту А. Блоку. Эта встреча была знаменательной. Александр Блок видел и слышал многих поэтов, и начинающих, и именитых. Его, человека, искушенного в поэзии, трудно было удивить. И все же Сергей Есенин удивил, а вернее, взволновал А. Блока. После первой встречи поэт записал в дневнике «Днем у меня был рязанский парень со стихами. Крестьянин Рязанской губ. 19 лет. Стихи свежие, чистые, голосистые, многословные. Приходил ко мне 9 марта 1915». Есенин получил от Блока несколько рекомендательных писем, позволивших ему публиковать свои произведения в ряде столичных журналов.
На третьем году Первой мировой войны С. Есенин был призван в армию. По ходатайству высоких покровителей, почитателей его поэтического таланта, он был определен в военно-санитарный поезд, который патронировала императрица Александра Федоровна. Поэт не раз читал свои стихи перед царской семьей. Тем не менее верноподданнических чувств к Николаю II он не испытывал, хотя к тому времени принял солдатскую присягу, в которой одним из обязательств было верно служить Царю. Принятие присяги проходило в Федоровском соборе в Царском Селе 14 декабря 1916 года.
Когда начальник поезда полковник Д. Ломанов поручил Есенину написать стихи, прославляющие благотворительную миссию царской семьи и Царя, Сергей наотрез отказался. За этот проступок его перевели в действующую армию, в дисциплинарный батальон. Дата отправки – 23 февраля 1917 года. В этот день в Петрограде начались беспорядки, переросшие в буржуазную революцию, которая привела к отречению Николая II от власти. Поскольку Временное правительство, придерживаясь союзнического соглашения со странами Антанты, заявило о ведении войны до победного конца, а С. Есенин относился к участию России в Первой мировой войне крайне отрицательно, он самовольно покидает армию.
Октябрьскую революцию С. Есенин встретил с восторгом, поскольку внутренне ждал ее. В автобиографии, написанной за два месяца до трагической смерти, он отметил: «В годы революции был всецело на стороне Октября, но принимал все по-своему, с крестьянским уклоном». В статье «Ключи Марии» он писал: «Будущее искусство расцветет в своих возможностях достижений, как некий Вселенский вертоград, где люди блаженно и мудро будут хороводно отдыхать под тенистыми ветвями одного преогромнейшего древа, имя которому социализм». В поэме «Инония» он рисует будущее Советской России как некое идиллическое царство крестьянского благополучия, «мужицкий рай».
С. Есенин наряду с А. Блоком, В. Брюсовым и В. Маяковским открыл эпоху советской поэзии.
Известно, что на одном из литературных утренников, состоявшемся 23 января 1918 года в Тенишевском училище (Петроград), противники советской власти устроили настоящую обструкцию А. Блоку и С. Есенину за их поддержку большевистских преобразований в стране. С. Есенин написал «Кантату» по случаю первой годовщины Октябрьской революции, которая исполнялась на открытии мемориальной доски на Красной площади в Москве. Тогда поэт впервые увидел и услышал Ленина, который выступил с краткой речью. Нужно отметить, что Есенин очень тяжело переживал смерть вождя. По словам очевидцев, он несколько часов простоял в Колонном зале, не сводя глаз с усопшего.
(«Ленин»).
С. Есенин провидчески осознавал, что после смерти Ленина страну ждут суровые испытания, связанные со сложностью задач, стоящих перед страной.
Творчество С. Есенина выпало на очень жесткое время в истории нашего государства. Его поэзия нежна и лирична, а революция – публична, эпична и в немалой степени жертвенна.
Научный сотрудник Московского государственного музея С.А.Есенина Елизавета Терентьева подготовила очень интересный материал из жизни С.Есенина.
«Ягодка»
Автобиографических воспоминаний поэт оставил о себе не так много — страничку-две он писал по просьбе издателей своих поэтических сборников: что поэт может и хочет рассказать о себе народу.
В воспоминаниях Сергей Александрович из раза в раз рассказывает о бабушке и дедушке. В два года будущую литературную звезду отдали на воспитание довольно состоятельному деду по матери, Федору Андреевичу Титову, «в другую часть села, которая называется Матово».
Первое воспоминание: Сереже года три-четыре, бабушка Наталья Евтихиевна идет в Радовецкий монастырь, верстах в сорока от их дома. «Я, ухватившись за ее палку, еле волочу от усталости ноги, а бабушка все приговаривает: «Иди, иди, ягодка, Бог счастье даст». Вот как трогательно его называли в детстве.
Бабушкино воспитание было религиозным — «таскала по монастырям» внука, но в Бога поэт верил мало, в церковь ходить ему не нравилось. В семье об этом знали, а потому придумали способ контроля посещаемости: давали четыре копейки на просфору, которую нужно было затем отнести священнику. Тот делал на ней три надреза, за что брал две копейки. Но ребенок есть ребенок: научился делать надрезы на просфорке сам, а на сэкономленные деньги бежал играть с друзьями в свинчатку (иначе — в бабки, игра в кости). Когда эта хитрость вскрылась, страшно было настолько, что мальчишка убежал в соседнее село к тетке и не возвращался до тех пор, пока не простили.
Но все же отношения с бабушкой и дедушкой были очень теплые, нежные. Когда Сергея отдали учиться в закрытую церковно-учительскую школу, он стал сильно тосковать по дому: «Я страшно скучал по бабке и однажды убежал домой за сто с лишним верст пешком (более 106 км)». Если брать среднюю скорость человека 5 км/час, то идти ребенку пришлось около 20 часов. Дома такому поступку не обрадовались — отругали и вернули обратно.
У бабушки и дедушки им также занимались неженатые дяди — «ребята озорные и отчаянные». Когда их племяннику было три с половиной года, его посадили на лошадь без седла и сразу же пустили галопом, маленькому Сереже пришлось очень крепко держаться за холку, чтобы не свалиться. Удержался он, вероятно, с большим трудом. Но история умалчивает о том, какое впечатление это произвело на ребенка.
Плавать его научили те же дяди. Способ был по современным меркам не самый гуманный: дядя Саша сажал ребенка в лодку, отплывал от берега, раздевал Сережу и бросал в воду «как щенка». «Я неумело испуганно плескал руками, пока не захлебывался, а он все кричал: «Эх! Стерва! Ну куда ты годишься?». «Стерва» у него было слово ласкательное».
Когда Сереже Есенину было около восьми лет, другой дядя стал брать его с собой на охоту, где ребенок заменял охотничью собаку: вылавливал подстреленных уток из озер, мастерски лазил по деревьям за добычей, как и полагается мальчишке. Кстати, именно навык умело взбираться по веткам принес будущей литературной звезде первый честно заработанный доход: он снимал с деревьев птичьи гнезда по просьбе соседей.
Женскую любовь и тепло дарила бабушка, «любила из всей мочи, и нежности ее не было границ», но при этом именно она и журила за проказы.
«Среди мальчишек всегда был коноводом и большим драчуном и ходил всегда в царапинах», — вспоминал поэт. За это и доставалось от любимой бабули Натальи Евтихиевны. А дедушка, напротив, поощрял озорства внука, даже сам мог подзадорить на кулачную разборку, а супруге говорил: «Ты у меня, дура, его не трожь, он так будет крепче».
Первые стихотворные строки тоже сложились с подачи бабушки. Она рассказывала сказки — отсюда, наверное, яркая образность, − причем те сказки, которые заканчивались плохо, Сергею не нравились, и он «переделывал их на свой лад». Стихи начал писать, подражая частушкам. Кстати, в их семье пел и дедушка, правда, поэт вспоминает, что в репертуаре были «песни старые, тягучие, заунывные»…
Когда не стало Натальи Евтихиевны, Сергею было 16 лет, для него это была настоящая травма. Дедушку он тоже очень любил (хоть и не к нему сбегал из школы). В 1921 году историк Иван Розанов запишет слова Сергея Александровича: «Оглядываясь на весь пройденный путь, я все-таки должен сказать, что никто не имел для меня такого значения, как мой дед. Ему я больше всего обязан. То был удивительный человек. Яркая личность, широкая натура, «умственный мужик».
«До конца мать не прощу»
Где же были папа и мама, пока их сын был на воспитании у бабушки с дедушкой? Родители зарабатывали на жизнь. Папа был приказчиком в мясной лавке, метод был похож на современный вахтовый, только вахта эта могла длиться месяц, порой даже не один, а домой он приезжал на несколько дней в лучшем случае. Поэтому о родителях в воспоминаниях Сергея Александровича сказано мало. Но именно благодаря тому, что папа с мамой подрабатывали, была возможность жить лучше, чем другие односельчане. Родители старались изо всех сил, чтобы у их детей была возможность получать образование. Одноклассники Сергея Есенина вспоминали, что из сотни детей, поступивших в школу в селе Константиново, хорошо если десяток детишек доучивались. Остальных забирали помогать по хозяйству, в поля.
Сергей Есенин был второгодником в школе, но не за плохую успеваемость, а за все те же мальчишеские проказы. Любая семья в селе за такое забирала юношу из школы и отправляла в поле пасти коров, на учебу он уже не возвращался. Но родители оставили Сережу в третьем классе на второй год. За что именно?
— Мы можем только предполагать, — отвечает Елизавета Терентьева. — За ним водились шалости. Как-то он начал писать критические частушки, высмеивающие богатых людей села, досталось в том числе и попечителю школы, помещику Кулакову. Кто знает, может, обиженный Кулаков попросил как-то повлиять на мальчишку, чтобы не рос бунтарем и анархистом.
Александра Никитича, отца, Сергей Александрович уважал, любил рассказывать, что он был первым красавцем на деревне, прекрасно пел. Но, как это часто бывает у творческих людей, отношения с семьей были похожи на синусоиду: поэт то адресует близким прекраснейшие из своих стихотворных строк, то пишет, что отца и матери для него больше не существует.
Мама Сергея уходила на заработки в Рязань. Есть предположение, что делала она это не столько из-за необходимости в деньгах, сколько из-за непростых отношений со свекровью. Супруг искренне любил Татьяну Федоровну, но защитить ее не мог — не был рядом. На юную невестку свалилась вся самая тяжелая работа по дому. Были еще и настоящие горести жизни: Сергей не был первенцем в семье Татьяны и Александра. Первый сын, Петр, умер в раннем возрасте.
Когда Татьяна Федоровна обратилась к отцу и выразила желание уехать на заработки, ее отец протестовал: это неправильно, в хороших крестьянских семьях жена покоряется, терпит, но все же родители позволили ей отправиться в Рязань, оставив Сергуньку на их руках. Супруг тоже не был доволен ситуацией, но спустил все на тормозах. В Рязани Татьяна Федоровна пригодилась — она была аккуратистка, а потому ее охотно брали на работу служанкой. Но все же Сергей обижался на мать, и на то были причины. Как бы сегодня сказали, психологическая травма.
Когда Сергею Александровичу было 16 лет, он слег с тифом. Болел тяжело, и мать, рыдая в три ручья, села к окну шить саван сыну. «Смерти моей ждала! Десять лет прошло, а у меня и сейчас, как вспомню, сердце зайдется обидой, кажется, ввек ей этого не забуду. До конца не прощу».
— Наверное, ему казалось, мать должна была стоять на коленях, молиться Богу, менять компрессы — пытаться продлить жизнь своему ребенку еще на долгие годы и, пожалуй, главное — надеяться, — продолжает Елизавета Терентьева. — Надежда Вольпин, одна из его возлюбленных, вспоминала, что, когда он рассказывал об этом, его трясло. В его понимании мать сдалась.
Справедливости ради, стоит сказать, что мать его была женщиной чуткой, небезразличной. Когда в селе была эпидемия, многие заболели, она приходила в дома к соседям, помогала чем могла, в том числе по хозяйству. Есть воспоминания о том, как сильно она любила детей в селе, которых всегда старалась угостить чем-то вкусным: «то ягодкой, то фруктинкой какой из своего сада».
Еще один факт о матери: она была женщиной простой и неграмотной, переживала, что не может читать стихи сына, и в 50 лет пошла на курсы ликбеза. В этом возрасте непросто осваивать грамоту, удалось выучить часть алфавита, научиться писать свою фамилию, а стихи сына она в итоге запоминала наизусть на слух.
Пудрил носик и не расставался с зеркальцем
В детстве Сергей Есенин по меркам того времени обладал редкими игрушками. Сохранились сведения о том, что у него был деревянный конь, небольшой, недорогой, но это был конь всем на зависть! А вторая любимая игрушка — пароход, тоже редкая. До наших дней сами игрушки поэта не сохранились, но в этнографическом музее есть примеры, позволяющие представить, как могли выглядеть любимые игрушки поэта.
Забавный факт родом из детства: будучи уже взрослым человеком, поэт так и не смог полюбить субботу, всю жизнь испытывая неприятное чувство к этому дню. Всему виной… ритуал ухода за волосами, который производили еженедельно! Мыли, стригли ногти, «…гарным маслом гофрили голову, потому что ни один гребень не брал кудрявых волос. Но и масло мало помогало. Всегда я орал благим матом».
При этом красоваться Есенин по-настоящему любил, имел он привычку любоваться своим отражением. Надежда Вольпин вспоминала, что Сергей Александрович очень любил смотреться в зеркальце, и отмечала, что она никогда не ревновала его ни к женщинам, ни к ребенку так, как к зеркалу. Он-то знал, что был хорош собой, поэтому и тянуло взглянуть на себя, удостовериться в собственной прекрасности. Еще один забавный факт о поэте из сферы красоты: Сергей Александрович пудрил носик! В богемной среде у мужчин в то время было принято пользоваться пудрой для лица. А еще он иногда запудривал рыжину, которой отливали его волосы.
В юности Сергей Александрович предпочитал носить косоворотки, но отчасти это можно считать данью публике Петербурга. То было во время Первой мировой войны — волна патриотизма, мода на неорусский стиль: косоворотки разных цветов, кушачки с кисточками, сапожки. В том числе это был и рекламный ход, чтобы привлекать внимание к жизни русской деревни, к своему творчеству.
Позже стиль его поменялся, Сергей Есенин превратился в настоящего денди. Современники вспоминали, что он для своих выходов выбирал серый костюм с жемчужным отливом, который оттенял его золотые волосы. Но порой он мог изменить любимому костюму, эпатируя публику: однажды он заявился в гости к Августе Миклашевской в цилиндре и широкой крылатке а-ля Пушкин.
Попытка составить хоть какой-то распорядок дня Сергея Есенина была обречена на провал. Его последняя супруга Софья Андреевна Толстая пыталась навести порядок в его жизни, но, как оказалось, пытаться привить ему дисциплину — затея бесполезная. Трудился он много, хотя и загулы у него случались, но, справедливости ради, не такие яркие и длительные, какие ему приписывают. По воспоминаниям коллег, жизнь его была спокойной, не упорядоченной, но размеренной, без лишних конфликтов.
Простым он был и в пищевых привычках. Еду предпочитал самую обычную. Пирожные любил все те, которые подавали в «Стойле Пегаса». Например, черничная нашлепка на подошве из картофеля — вот такой десерт начала прошлого столетия. Из мясных блюд предпочитал утку, а пил… желудевый кофе! Неизвестно наверняка, любил ли его, но другого было не достать. Рецепт:
— Надеваете рюкзак, отправляетесь в лес, — шутит Елизавета Терентьева, — отбиваете желуди у свиней, которые там пробегают, сушите, поджариваете. Дальше — помолоть и залить кипятком. И все, можно наслаждаться напитком!
PS
В Институте мировой литературы им. А.М. Горького РАН 15 октября 2025 г. проходил международный научный симпозиум «Большое видится на расстояньи»: Есенин в XXI веке». Это центральное научное событие юбилейного есенинского года, который масштабно отмечается в этом году.
Организаторы конференции – Правительство Рязанской области, Институт мировой литературы имени А.М. Горького Российской академии наук, Рязанский государственный университет имени С.А. Есенина, Государственный музей-заповедник С.А. Есенина, Московский государственный музей С.А. Есенина и Международное есенинское общество «Радуница» – пригласили принять участие в обсуждении широкого круга вопросов, связанных с изучением и популяризацией творческого наследия Сергея Александровича Есенина. Специалисты представили архивные находки и неизвестные материалы о поэте, новые научные издания и переводы есенинской поэзии, поделилиь своими изысканиями.
На симпозиум собралось рекордное число исследователей – более 140 человек. Это представители многих регионов России, ученые из Армении, Беларуси, Бразилии, Грузии, Китая, Индии, Ирака, Италии, Казахстана и Турции. Заседания прошли в Москве (в ИМЛИ РАН и в Московском государственном музее С.А. Есенина) и на родной для поэта Рязанской земле (в Рязанском государственном университете имени С.А. Есенина и Государственном музее С.А. Есенина).
(исп м-лы СМИ; Написано на основе информации из интернет-СМИ.)